Катманду определенно не тот город, куда люди едут за современным искусством. Но, обнаружив его там, они остаются под большим впечатлением. Современное искусство существует здесь не внутри стерильных модных галерей, но внутри старых дворцов, жилых кварталов, индустриальных комплексов, в непосредственном диалоге со скутерами, с ароматом благовоний, с ритуальными песнопениями, с улицей — одним словом, с реальной жизнью. Чаще всего оно не абстрактно, не стилизовано, не заигрывает с туристами, а очень конкретно и говорит о важном.
Кроме того, Катманду не мегаполис, и современное искусство здесь, можно сказать, доступно — пространства камерные, личные, и часто в них можно встретить и автора, и куратора выставки.
Катманду, ковры и современное искусство: история Яна Ката
Однажды Ян Кат лежал у себя дома в Катманду с высокой температурой и было ему видение: перед внутренним взором мешались и сливались, накладывались друг на друга, ковровые узоры в неоновых цветах. Выздоровев, он не забыл об этом сне и решил сделать такой дизайн наяву. Кат — один из знаковых личностей Катманду, из тех, кто помогает столице Непала выбраться за рамки стереотипов и быть увиденной миром сквозь призму современности.
Немец Ян Кат происходит из «ковровой» династии — его отец и дед торговали персидскими и афганскими коврами, но в юности он, конечно, не собирался становиться продолжателем семейного дела. После школы отправился в долгое путешествие по Индии, а под конец без особых идей насчет будущего приехал в Катманду.
«Однажды, — рассказывает он, — спустя три года путешествий, когда пришло уже время определяться, я шел по улице в Катманду и встретил поставщика своего отца, пожилого немца. Он сказал: „Я ищу кого-нибудь, кто мог бы работать со мной, и вот ты здесь — может, это ты?“ И я согласился, потому что не хотел возвращаться в Европу. Стал жить в Непале и управлять большой мастерской ковров. Вскоре мой босс решил уйти на покой и предложил мне забрать бизнес себе. Так в 22 года я обнаружил себя владельцем ковровой фабрики в Катманду с тремя сотнями работников».
У Яна не было бюджета на приглашенных дизайнеров, не было профильного образования, но он знал, что продолжать ткать традиционные ковры не имеет смысла. На примере бизнеса своих предков он видел, как ковры утрачивают интерес публики, устаревают, утяжеляют интерьер. Так что он решил сам придумывать дизайн новых ковров — оказалось, что у него есть свое неповторимое чувство стиля, цвета и пропорций.
«Это похоже на работу в фотошопе», — объясняет Ян. Первый слой — всегда традиционная, узнаваемая ковровая композиция, «материнский орнамент», сквозь который прорастают другие смыслы: нарочитые ошибки, между элементами, как между старыми камнями, пробивается «трава», или же узор стирается, словно ластиком, или, как в том самом неоновом сне, два орнамента накладываются друг на друга.
В последующие три десятилетия его ковровый бизнес стал всемирным, ковры Яна Ката лежат во всех бутиках марки Louis Vuitton, на виллах и в палаццо, в частных мечетях на Ближнем Востоке, их ткут и в Индии, и в Таиланде, и в Азербайджане, но Катманду остается неизменной штаб-квартирой и во многих смыслах домом бренда.
Арт-пространство Jan Kath Rug & Art Space
Два года назад Ян Кат построил невиданное еще в Катманду современное арт-пространство — галерею, музей, шоурум — Jan Kath Rug & Art Space. Пространство спроектировал немецкий дуэт архитекторов — Якоб Гебер и Ханна Крюгер. Главной задачей было подсветить ремесло ткачей, показать шаг за шагом техники, которые участвуют в создании ковра. Здесь посетители могут понаблюдать за работой ткацкого станка, тактильно познакомиться с материалами — от тибетской высокогорной шерсти и шелка до непальской крапивы, увидеть, как узелок за узелком рождается ковер.
Современное пространство объединяет ковры Jan Kath с кураторскими экспозициями международных художников. При этом оно расположено в самом сердце хаоса: в двух минутах ходьбы в одну сторону — Великая ступа Боднатх, в десяти минутах — темплы Пашупатинатха, набережная Багмати с десятками гатов для кремации, погребальные костры, обезьяны, скачущие по крышам святилищ, молитвенные барабаны, священные коровы, просветленные садху, церемония аарти — поклонение реке.
Шумный, пестрый, громкий, грязный, древний — Катманду представляет цивилизацию, которая живет по другому времени и у которой западным людям есть чему поучиться. Например, чувствовать себя счастливым вне зависимости от того, сколько у тебя материальных благ, или относиться к смерти как к ступеньке в вечном круге жизни.
Новая гастрономическая сцена Непала
Когда гуляешь по Катманду, неплохо знать несколько адресов, где реальность становится как будто параллельной, совсем иной. Один из таких «порталов» находится в ничем не примечательном офисном комплексе Bluestar в самом центре города. Здесь в 2021 году Абишек Туладхар открыл бар под названием Barc.
Миксологии Абишек учился в Лондоне, затем работал в Сингапуре, а потом, насмотревшись на мир, вернулся в Катманду с идеей принести сюда инновационные коктейли. После нескольких успешных поп-апов он открыл стильный и камерный минималистичный бар, который, в частности, «катапультировал» Катманду в список лучших баров Азии (Asia’s 50 Best), принес ему премию Michter’s Art of Hospitality и титул лучшего бара Непала 2025 года.
Страницы коктейльного меню посвящены нескольким аутентичным локальным ингредиентам, например титауре — плоду местной разновидности сливы, лакрице-хатту или айле — традиционному крепкому напитку из ферментированного риса, злаков и проса.
Фирменный Bloody Nepali, который подают здесь в бокале для мартини, — это дерзкий микс водки, титаура-смеси Barc и сахара, а Peat Repeat — дымный коктейль на основе виски с вишневым ликером, сухим вермутом и яблочным соком. Обширное меню барной еды вдохновлено кухнями разных стран Азии: Японии, Таиланда, Кореи и Китая. Среди блюд — курица в остром меде, тофу терияки, начос с курицей и базиликом и приготовленные на пару момо.
Что касается ресторанов, то файн-дайнинг в Катманду еще не взял такие заоблачные высоты, но здесь можно ориентироваться на местные награды, а также на советы гастрономических блогеров и экспатов. Среди лучших ресторанов называют Le Sherpa — особенно известен вниманием к качеству продуктов, Nylgiri — панорамный вид и классическая кухня, Third Eye — ресторан индийской кухни, и самый статусный — Rox Restaurant при отеле Hyatt Regency Kathmandu.
Если же вам нет дела до статуса, а важнее атмосфера и понятная органическая еда, то приходите завтракать в Café Swotha (при одноименном бутик-отеле). Это одно из секретных местечек, где, по слухам, делают лучший чизкейк в городе, а также масала-омлет, и вафли, и нудлз, и непальский тали. Короткое меню меняется каждый день — шеф пишет его на черной грифельной доске в зависимости от того, что принес с рынка. А днем во дворике, укрытом плющом от городского шума, сервируют чай.
Лалитпур или Патан: сердце современного искусства
Кафе Swotha находится в Патане (он же Лалитпур) — это особая часть города. На самом деле город Катманду составляют три исторических города, сегодня слившиеся в один мегаполис: Патан, Катманду и Бхактапур. Патан расположен к югу от реки Багмати, ему больше 2 000 лет. Когда-то это был город ремесленников, художников, работавших в текстиле, бронзе, дереве, и сегодня Патан снова стал своеобразным артистическим сердцем Катманду.
Название Лалитпур переводится как «город красоты». Его дворцовая площадь, Patan Durbar, похожая скорее на ландшафт из «Звездных войн», чем на земную архитектуру, — объект наследия ЮНЕСКО, музей под открытым небом. В окрестностях Патана работают многие галереи, мастерские и дизайнерские студии. Ниже несколько интересных проектов.
Одну из самых новаторских галерей в Непале основал известный мультидисциплинарный художник Маниш Лал Шреста, Gallery Mcube продвигает современное искусство «при уважительном отношении к традиционным и модернистским художественным практикам». С 2011 года при ней также действует международная арт-резиденция, которая принимает художников, писателей, фотографов, композиторов, перформеров со всего мира — всех, кому интересно взаимодействовать с художественной сценой Непала.
Пространство галереи объединяет визуальных художников, дизайнеров интерьеров и украшений, музыкантов и писателей, в своих кураторских выставках переплетает искусство, науку, политику, экономику и религию и ставит перед собой глобальную цель — подчеркнуть ответственность, которую человечество несет за улучшение окружающего мира.
Еще несколько важных адресов в Катманду
Пожалуй, наиболее заметное новейшее арт-приобретение Катманду — Taragaon Next.
В 2014-м его превратили в музей,
Еще одна точка на карте — Baber Mahal Revisited. Это комплекс старых зданий эпохи династии Рана, построенных под влиянием европейской архитектуры. Ценители действительно могут рассматривать его как музей архитектуры XIX века, тем более что при реставрации здесь были бережно сохранены многие оригинальные элементы дворцов, как, например, крыльцо при входе, деревянные веранды, некоторые дворики. Всё вместе выглядит как не тронутый временем уголок старого города: узкие пешеходные улочки XIX века, в двориках расположены бутики, лавки ремесленников, галереи, тихие книжные магазины, а также рестораны и кафе.
Многие приходят сюда поужинать в Baithak, где подают королевские блюда непальских махараджа, или в Chez Caroline с его французской кухней, и после ужина трудно отказать себе в удовольствии прогуляться в вечерней прохладе по тайному оазису в шумном Катманду. Не так давно в Baber Mahal Revisited начали проводить ночной базар, который тоже как будто переносит гуляющих на 150 лет назад. Когда загораются вечерние огни и музыканты начинают отбивать традиционный ритм на барабанах, эффект погружения становится окончательным.