История 1. Семья пилотов Музафаровых
«Я хотел, чтобы сын пошел по моим стопам. Но удивила дочь»
Я родился и вырос в Ашхабаде. Детство было обычным, советским — двор, друзья, футбол. Тогда я и не помышлял становиться пилотом. Всё изменила армия: меня призвали в авиационную часть, где я полюбил самолеты.
Отслужив, поступил в Бугурусланское летное училище в Оренбургской области. Помню, мама удивилась, ей не верилось, что ее сын будет пилотом. А я так увлекся небом, что с отличием окончил училище и поступил в летную академию на заочное отделение.
Работать меня распределили на берег Каспия в Красноводский авиаотряд. Сначала летал на легком одномоторном Ан-2, потом освоил новый тип воздушного судна — грузовой великан Ил-76.
Сейчас в кабине самолета всего два человека — капитан и второй пилот. А тогда,
Шел 2006 год, тогда «Сибирь» меняла имя на S7 Airlines, перекрашивала самолеты в зеленый цвет, а главное — обновляла авиапарк. В Россию пригоняли иностранную технику: боинги и аэробусы. Меня взяли работать на Airbus А320.
Осваивать новый тип воздушного судна нас отправили в Тунис. Переход на Airbus дался легко: все самолеты летают по одним законам аэродинамики. Только если на Ил-76 за технику отвечал бортинженер, а за маршрут — штурман, то здесь всё отдано бортовому компьютеру.
Пока я строил карьеру в небе, на земле ждала семья: жена, дочь и сын. Я никогда не настаивал, но хотел, чтобы сын пошел по моим стопам. Но он выбрал совсем другую сферу — теперь работает в IT.
Зато удивила дочь Альфия. Просто поставила меня перед фактом: «Папа, я поступила в летное училище». Она всегда была смелой и решительной, но тут я был поражен.
Очень люблю свою дочь и горжусь ею. Мы на равных обсуждаем профессиональные темы. После летного училища Альфия пошла в Ульяновский институт гражданской авиации на заочное отделение. И этим летом закончила его с красным дипломом! Всего двум студентам это удалось, и одна из них — моя дочь.
Авиация — это мой мир. Когда придет время покинуть кресло пилота, я точно не уйду из авиации. Всегда буду рядом с самолетами.
«Долгое время я была уверена, пилот — не женская профессия»
Многие мои коллеги с детства мечтали стать пилотами. Я же долгое время считала, что управлять самолетом — не женская профессия, и думала о работе диспетчером или бортпроводником.
Мой папа — пилот. Помню, из командировок он привозил нам с братом модели лайнеров, учил летать на симуляторах, водил в аэропорт смотреть на самолеты. Все думали, что брат пойдет по отцовским стопам, а я была просто за компанию.
Детство в окружении самолетов не могло пройти бесследно, и, конечно, мне было интересно, каково это — работать пилотом. Когда пришло время определяться с поступлением, решила подать документы на летную специальность. Глупо было бы из-за стереотипов не попробовать свои силы.
Я хотела подстраховаться и планировала подать документы не только на пилота, но и на диспетчера. Пришла на ВЛЭК (медкомиссию), а там говорят: пройти можно только на одну из этих программ обучения. И тогда я сделала свой окончательный выбор — буду пилотом — и больше ни дня не сомневалась.
Обучение проходила в Сасовском летном училище в Рязанской области. На первом курсе папа прислал мне статью про второго пилота Елизавету Филину, она тогда только устроилась в S7 Airlines и летала на Airbus А320. Это была еще бумажная газета, и Лиза по просьбе папы на ней расписалась. Я тогда мечтала управлять Airbus, и история девушки-пилота меня очень мотивировала.
По окончании училища я пошла трудоустраиваться в S7 Airlines. Это случилось в 2021 году, ровно через 15 лет после того, как в авиакомпанию пришел отец. Сразу скажу, никаких поблажек дочке пилота здесь не делают. Процесс отбора кандидатов серьезный: собеседования, тренажеры, психолог. Решение принимает комиссия, и я тогда понимала: возьмут не всех.
Я справилась со всеми испытаниями, и меня взяли в группу на Airbus. Так сбылась мечта управлять тем же самолетом, что и папа.
За пять лет работы в S7 Airlines я освоила два типа воздушных судов. Сначала летала на Airbus. А когда в Новосибирске потребовались пилоты Boeing, то оказалась в числе тех, кто прошел переподготовку.
Разница между самолетами большая: в Airbus очень много электроники, а Boeing требует больше ручного пилотирования. Если проводить аналогию с машиной, то это как с автоматической коробки пересесть на механику. Я очень рада, что у меня есть опыт на двух типах самолетов, которые используются по всему миру.
Работа пилота — это постоянное движение. Разные направления, климат, часовые пояса, время явки: сегодня ты встаешь утром, а завтра — в час ночи. Каждый день не похож на предыдущий.
Мой муж тоже пилот, мы познакомились в училище. И для нас все сложности летной работы — не проблема. Главное найти правильного человека. Муж гордится тем, что его жена — пилот.
Когда я была маленькой, папа водил меня с братом к аэропорту. Мы стояли у забора и смотрели на взлетно-посадочную полосу. Папа сажал нас на плечи, чтобы мы могли лучше разглядеть самолеты. Думаю, что всё это: истории отца о дальних странах, его любовь к небу и страсть к работе — повлияли на мой выбор.
История 2. Семья пилотов-инструкторов Кулманаковых
«Я летал девять лет, чтобы стать капитаном. У сына получилось за три года»
В четыре года я посмотрел комедию «Беспокойное хозяйство», и мне очень понравились эти веселые летчики. Через год после этого я впервые попал на борт самолета. Летели с родителями из Томска в Москву, бортпроводники подавали газировку. Тогда твердо определился: буду пилотом. С тех пор начал мечтать о полетах, читал книги про авиацию, занимался авиамоделизмом.
Хотел получить среднее образование, но отец сказал: «Если собрался стать пилотом — только высшее». Так я поступил в Актюбинское высшее летное училище. Первый раз сел в самолет в конце первого курса, в 1982 году. Летали тогда на Як-18, потом на Як-40. Учились по командирской программе, сидели только слева (то есть на кресле командира воздушного судна).
Я из Томска, поэтому меня распределили в авиационный отряд в Колпашево Томской области. Там же нашел будущую жену. Как-то шел со смены и увидел девушку — красивая, стройная, энергичная. Знакомиться не подошел, но запомнил ее. А потом встретил в самолете, оказалось, что она бортпроводница. Мы уже почти 40 лет вместе.
Сын Дмитрий появился через год после свадьбы. Впервые он полетел на самолете в шесть месяцев, вот что значит родиться в авиационной семье!
В 1991 году переучился на Ту-154 — всегда мечтал на нем летать, у нас дни рождения в один день — 3 октября 1968 года. Через девять лет полетов пересел в капитанское кресло.
В 2000-х в российских авиакомпаниях появились первые иномарки: боинги, аэробусы. Тогда я уже работал в компании «Сибирь» и понимал: настало время осваивать иностранную технику.
Профессиональное знакомство с Boeing 737 началось в 2005-м. В России тогда не было учебных площадок для переучивания пилотов на иностранные самолеты. Вся подготовка проходила за границей. Помню, как после отбора на обучение спросил у командира отряда: «Куда мне теперь — слева или справа?», то есть снова начинать вторым пилотом или сразу идти на командира воздушного судна. Он ответил: «Тебе только слева». С таким напутствием я уехал в Денвер учиться управлять боингом.
В это время сын заканчивал десятый класс. Пришло его время определяться, кем стать. Я никогда не давил на него с выбором профессии. Он сам решил идти в летное — и поступил в Ульяновский институт гражданской авиации.
Моя карьера в те годы не стояла на месте. Авиакомпании нужны были пилоты-инструкторы, которые смогли бы обучить будущих летчиков управлять боингами. Наша группа командиров отправилась в Америку, где мы прошли подготовку инструкторов. Этот опыт позже лег в основу собственной программы обучения пилотов, которая сейчас есть в S7 Airlines. И теперь мы не зависим от зарубежных площадок.
Сын пришел в S7 Airlines в 2010 году. Вместе с одногруппниками они обучались на боинг. Это была сильная команда, многие из тех ребят сегодня занимают ответственные должности: капитаны, пилоты-инструкторы, начальники отделов.
Я, конечно, не учил сына сам — это было бы неправильно. Но дома мы иногда разбирали сложные моменты, он со мной советовался.
Дима стал капитаном с налетом 1 800 часов. Я до командира на Ту-154 шел почти девять лет, у него же ушло три года. А потом он стал инструктором. Я очень горжусь этим. В 2017 году сын перешел в директорат по стандартам, а позже начал заниматься CRM — управлением ресурсами экипажа.
Сейчас я руковожу отделом анализа полетной информации и продолжаю обучать пилотов. Авиация — это моя жизнь. Где бы наша семья ни жила, над нашими головами всегда взлетали и садились самолеты.
«В сложных ситуациях я часто думаю: а как бы поступил папа?»
Я не помню себя вне авиации. Пилоты, бортпроводники, самолеты, аэропорты окружали меня с самого детства. Папа занимался авиамоделизмом, и модели лайнеров были у нас повсюду. Они производили на меня большое впечатление.
В детстве я часто был пассажиром Л-410 — это самолет малой авиации на 15 человек, который летал в Томск из Колпашево, где работал отец. А первый раз в кабину пилотов попал в шесть лет. Мы летели на Ту-154 из Томска в Сочи. Сейчас в авиации строгое правило «стерильной кабины» и дверь к пилотам всегда заперта.
При этом папа никогда не говорил мне становиться пилотом, мы даже не обсуждали эту тему. Он оказал на меня большое влияние, сам того не осознавая. Его энтузиазм и любовь к авиации передавались мне. Конечно, я тоже захотел стать частью этого мира!
В 2005-м поступил в Ульяновский институт. Конкурс был четыре человека на место. Самое сложное — пройти ВЛЭК. Я даже две операции сделал, чтобы соответствовать всем требованиям.
После окончания учебы хотел остаться в училище инструктором или пойти работать на Ан-26. Посоветовался с отцом, и он меня отговорил. Тогда авиакомпании переходили на иностранные самолеты, папа был одним из пионеров этого движения. Возможность сразу попасть пилотом на боинг упускать было нельзя.
И не ошибся: летал вторым пилотом, довольно быстро ввелся в командиры. А в 2018-м меня пригласили пройти курсы инструкторов. Мне понравилось работать с молодыми ребятами, тренировать их. С 2020-го я начал заниматься CRM — управлением ресурсами экипажа.
Если говорить просто, моя работа — это про психологию взаимодействия команды, про то, как мы общаемся в кабине, принимаем решения, распределяем нагрузку. Например, мы учим командиров не «передавливать» авторитетом вторых пилотов. Ведь капитан должен быть лидером, но при этом оставаться открытым к диалогу. Я провожу занятия для командиров и будущих инструкторов, а иногда и летаю на контрольных рейсах, смотрю за работой экипажа.
Я много советуюсь с отцом. Когда был вторым пилотом, в сложных ситуациях часто думал: «А как бы поступил папа?» И сейчас, когда разбираю с экипажами их решения или анализирую непростые ситуации, этот вопрос всегда где-то в голове. Как бы он оценил обстановку, как бы скомандовал, как бы выстроил работу в кабине?
Сейчас у меня дочь и сын, они еще малыши. Конечно, я показываю им зеленые самолеты, рассказываю, что их отец — пилот. Хотел бы я, чтобы мои дети продолжили династию? Почему бы нет. Но я не буду настаивать. Авиация — это круто, но это и сложно. Идти в нее надо осознанно.